Может произойти нечто совсем иное и сам психотерапевтический процесс превращается в убежище, по обоюдному бессознательному “сговору” терапевта и пациента.
Снаружи мир реальных отношений воспринимается опасным, тревога блокирует активность и все застывает в одной точке, в то время как в “терапии” что-то якобы происходит.
В случае более глубокой психопатологии “терапия как убежище” может стать положительным достижением, местом, где невыносимые тревоги контейнируются, а пациент напитывается силами для последующих преобразований.
В бытовом пространстве психическим убежищем может стать практически любая деятельность.
К примеру, одна пациентка Стайнера в периоды регрессий целыми днями лежала в постели, бесконечно читая романы. Употребление веществ, алкоголя, сексуальные контакты, поездки на природу, просмотр сериалов. Буквально что угодно.